Градостроительство и город как объект специального исследования привлекали интерес многих передовых архитекторов. Менее значительным принято считать вклад Италии в область практического градостроительства. К началу XV в. города-коммуны Средней и Северной Италии представляли собой уже давно сложившиеся архитектурные организмы. Кроме того, республики и тирании XV и XVI вв. (исключая крупнейшие — как Флоренция, Милан, Венеция и, конечно, папский Рим) не обладали достаточными средствами для создания новых крупных ансамблей, тем более, что все внимание продолжало уделяться постройке или достройке соборов, как главного религиозного центра города. Немногие целостные градостроительные начинания, как, например, центр города Пиенцы, сочетают в себе новые тенденции со средневековыми строительными традициями.

Все же общепринятая точка зрения несколько недооценивает перемен, совершившихся в XV—XVI вв. в городах Италии. Вместе с попытками теоретического осмысления того, что уже было практически сделано в области градостроительства, можно отметить и попытки осуществить на деле сложившиеся теоретические градостроительные представления. Так, например, в Ферраре был построен новый район с регулярной уличной сетью; попытка единовременного создания целостного городского организма была сделана в городах Бари, Терра дель Соле, Кастро, а также в некоторых других.

Если в эпоху средневековья архитектурный облик города складывался в процессе творчества и строительной деятельности всего населения города, то в эпоху Возрождения городское строительство все более и более отражало устремления отдельных заказчиков и зодчих.

С ростом влияния наиболее богатых семейств их личные требования и вкусы все сильнее сказывались на архитектурном облике города в целом. Большое значение в возведении дворцов, вилл, церквей, усыпальниц, лоджий имело стремление либо увековечить и прославить себя, либо соревнование в богатстве и пышности с соседями (Гонзага — д’Эсте, д’Эсте — Сфорца и т. д.) и неизменное желание жить роскошно. Наряду с этим заказчики проявляли известную заботу и о благоустройстве города, отпуская средства на реконструкцию его ансамблей, на возведение общественных зданий, фонтанов и пр.

Значительная часть дворцово-храмового строительства падала на годы экономического кризиса, связанного с потерей восточных рынков и велась за счет уже собранных богатств, являвшихся в период упадка ремесла и торговли непродуктивным капиталом. К строительству привлекались наиболее известные и прославленные зодчие, художники, скульпторы, которые получали большие средства на осуществление порученных им работ и могли, удовлетворяя личные требования заказчиков, в большей мере проявить и свою творческую индивидуальность.

Поэтому-то итальянские города эпохи Возрождения и богаты своеобразными, несхожими друг с другом архитектурными ансамблями. Однако, являясь произведениями одной эпохи с вполне сложившимися эстетическими воззрениями, эти ансамбли имели в основе своей общие принципы композиции.

Новые требования объемно-пространственной организации города и его элементов покоились на осмысленном, критическом восприятии средневековых традиций, на изучении памятников и композиций античности. Основными критериями были ясность пространственной организации, логичное сочетание главного и второстепенного, пропорциональное единство сооружений и пространств, их окружающих, взаимосвязь отдельных пространств, и все это в соразмерных человеку масштабах. Новая культура эпохи Возрождения сначала незначительно, а затем все активнее проникала в градостроительство. Средневековый город, являвшийся основой городов Возрождения, не мог быть значительно видоизменен, поэтому на его территории велись лишь реконструктивные работы, сооружались отдельные общественные и частные здания, требовавшие порой некоторых планировочных работ; рост же города, несколько замедлившийся в XVI в., обычно шел за счет расширения его территории.

Эпоха Возрождения не внесла явных изменений в планировку городов, но значительно изменила их объемно-пространственный облик, решив ряд градостроительных проблем по-новому.

Рис.1. Феррара. Схематический план города: 1 — замок д’Эсте; 2 — площадь Ариосто; 3 — картезианский монастырь; 4 — церковь Санта Мария Нуова дельи Альдигьери; 5 — церковь Сан Джулиано; в — церковь Сан Бенедетто; 7 — церковь Сан Франческо; 8 — палаццо деи Диаманти; 9 — собор

Рис.2. Верона. Схематический план города: 1 — церковь Сан Дзено; 2 — церковь Сан Бернардино; 3 — район госпиталей и форта Сан Спирито; 4 — Гран Гвардиа Веккиа; 5 — Кастелло Веккио; 6 — палаццо Мальфатти; 7 — площадь делле Эрбе; 8 — площадь деи Синьори; 9 — площадь Санта Анастасия; 10 — собор; 11 — дворец епископа; 12 — античный амфитеатр; 13 — палаццо Помпеи; 14 — палаццо Бевилаква

Рис.3. Мантуя. Схема городских укреплений и план города

Одним из первых примеров новой планировки на рубеже XV—XVI вв. может слуить Феррара (рис. 1). Ее северная часть застраивалась по проекту Бьяджо Россетти (упом. 1465—1516 гг.). Главные линии новой уличной сети соединяли въездные ворота построенных им укреплений. Пересечения улиц были акцентированы дворцами (палаццо деи Диаманти и др.) и церквами, возведенными тем же зодчим или под его непосредственным руководством. Средневековый центр с окруженным рвом замком д’Эсте, палаццо дель Комуне и другими сооружениями XII—XV вв., как и прилегающая к нему ремесленно-торговая часть города, остались нетронутыми. Новая часть города, застраивавшаяся по указанию д’Эсте домами определенной этажности, получила более светский, аристократический характер и ее прямые широкие улицы с ренессансными дворцами и церквами придали Ферраре отличный от средневекового города облик. Недаром Буркхардт писал, что Феррара является первым современным городом Европы.

Но и без планировки новых районов строители эпохи Возрождения с величайшим искусством пользовались всеми элементами благоустройства и малых архитектурных форм города, начиная с каналов и кончая аркадами, фонтанами и мощением (Характерный примр, относящийся к XV в., — колодец на соборной площади в Пиенце; в XVI в. роль фонтана в ансамблях усложняется (так, например, фонтаны, установленные Виньолой в Риме, Витербо и в расположенных в их окрестностях виллах) — для общего улучшения и эстетического обогащения архитектурного облика даже крохотных городков или отдельных ансамблей. В ряде городов, таких как Милан, Рим, были спрямлены и расширены улицы.

Каналы сооружались не только для орошения полей, но и в городах (для обороны, транспорта, водоснабжения, защиты от паводков, для производства — промывки шерсти и др.), где они составляли планировочно продуманную систему (Милан), нередко включавшую плотины и шлюзы, и связанную с городскими оборонительными сооружениями (Верона, Мантуя, Болонья, Ливорно и др., рис. 2, 3, 5, 21).

Рис.4. Уличная аркада. Болонья; Азоли

Уличные аркады, встречавшиеся и в средние века, тянулись иногда вдоль целых улиц (Болонья, рис. 4) или по сторонам площади (Флоренция, Виджевано, рис. 7).

Возрождение оставило нам замечательные городские комплексы и ансамбли, которые можно разделить на две основные группы: ансамбли, сложившиеся исторически (они относятся главным образом к XV в.), и ансамбли, созданные единовременно или же на протяжении ряда строительных периодов, но по замыслу одного зодчего, иногда полностью завершенные в эпоху Возрождения (в основном в XVI в.).

Замечательным примером ансамблей первой группы является ансамбль площадей сан Марко и Пьяццетты в Венеции.

В первой половине XV в. строились части палаццо Дожей, выходящие как на Пьяццетту, так и на канал Сан Марко. К началу этого же века восходит мраморное мощение площади Сан Марко, объединившее ее позднее с Пьяццеттой. В начале XVI в. реконструктивные работы центральной площади города привлекают к себе виднейших зодчих: Бартоломео Бон увеличивает высоту кампанилы с 60 до 100 м и венчает ее шатровым покрытием; Пьетро Ломбардо и др. строят Старые Прокурации и часовую башню; в 1529 г. с Пьяццетты убирают ларьки, благодаря чему открывается вид на лагуну и монастырь Сан Джорджо Маджоре. Пьяццетта играет важную роль пространственного перехода от просторов лагуны к центральной площади, подчеркивая ее размеры и композиционное значение в структуре города. Затем Сансовино расширяет площадь к югу, расположив здание сооруженной им на Пьяццетте Библиотеки, в 10 м от кампанилы, и строит у подножия башни Лоджетту. К концу XVI в. Скамоцции возводит Новые Прокурации. Однако западная сторона площади была завершена лишь в начале XIX в.

Развитие площади Сан Марко на берегу лагуны у устья Большого Канала обусловлено как функционально — удобство доставки товаров к месту главных венецианских ярмарок и высадки почетных гостей перед дворцом и собором, — так и художественно: главная, парадная площадь города торжественно раскрывается подъезжающим со стороны моря и является как бы приемным залом города; подобно ансамблю площадей античного Милета, площадь Сан Марко показывала прибывшим, как богата и прекрасна столица Венецианской республики.

Новое отношение к сооружению как к части целого, умение связать здания с окружающим их пространством и найти контрастное, взаимно выгодное сочетание разнохарактерных сооружений привели к созданию одного из лучших ансамблей не только Возрождения, но и мирового зодчества.

Высокая архитектурная культура Венеции проявилась и в постепенно складывавшихся ансамблях площади Санти Джованни э Паоло (с памятником Коллеони работы Вероккио) и торгового центра города.

Примером последовательной застройки ансамбля может служить площадь Синьории во Флоренции, а также комплекс центральных площадей в Болонье, где к этому времени сложились интересные градостроительные традиции.

Рис.5. Болонья. Схематический план города: 1 — площадь Мальпиги; 2 — площадь Равеньяна; 3 — площадь Маджоре; 4 — площадь Нептуна; 5 — площадь Аркиджиннасио; 6 — церковь Сан Петронио; 7 — палаццо Публико; 8 — палаццо Легата; 9 — палаццо дель Подеста; 10 — портико деи Банки; 11 — палаццо деи Нотаи; 12 — палаццо Аркиджиннасио; 13 — палаццо дель Ре Энцо; 14 — Мерканция; 15 — дворцы Изолани; 16 — церковь Сан Джакомо; 17 — каза Грасси; 18— палаццо Фава; 19 — палаццо Арморини; 20—Колледжо ди Спанья; 21 — палаццо Бевилаква; 22 — палаццо Танари

Рис.6. Болонья. Типовые проекты жилой застройки пригородов

Планировка Болоньи сохранила отпечатки ее многовековой истории (рис. 5). Центр города восходит ко времени римского военного лагеря. Лучеобразно расходившиеся улицы восточного и западного районов выросли в средние века, соединив античные ворота (не сохранились) с воро-тами новых (XIV в.) укреплений.

Раннее развитие цехового производства прекрасного темно-красного кирпича и строительных деталей из терракоты, а также распространение аркад, тянувшихся по сторонам многих улиц (они строились до XV в.), придали городской застройке заметные черты общности. Эти черты развивались и в эпоху Возрождения, когда Совет города уделял строительству большое внимание (см. разработанные по решению Совета типовые проекты домов для пригородов, с примитивными портиками, которые должны были складываться в уличные аркады — рис. 6). 

Площадь Маджоре, расположенная в самом сердце старого города, с выходившими на нее огромным замкообразным палаццо Публико, объединявшим ряд общественных сооружений средневековой коммуны, и собором — на протяжении XV и XVI вв. получила органическую связь с главной улицей через площадь Нептуна (фонтан, давший ей название, сооружен Дж. да Болонья в XVI в.) и значительно изменила свой облик в духе нового стиля: в XV в. здесь работал Фиораванте, перестроивший палаццо дель Подеста, а в XVI в. — Виньола, объединивший здания на восточной стороне площади общим фасадом с монументальной аркадой (портико деи Банки).

Ко второй группе ансамблей, полностью подчиненных единому композиционному замыслу, относятся главным образом архитектурные комплексы XVI и последующих веков.

Площадь Сантиссима Аннунциата во Флоренции, несмотря на единообразный характер ее застройки, является примером ансамбля промежуточного типа, так как не была задумана одним мастером. Однако простая, легкая и вместе с тем монументальная аркада Воспитательного дома Брунеллеско (1419—1444 гг.) определила облик площади; подобная же аркада была повторена на западной стороне перед монастырем Серви ди Мария (Сангалло Старщий и Баччо д’Аньоло, 1517—1525гг.). Более поздний портик перед церковью Сантиссима Аннунциата (Джованни Каччини, 1599—1601 гг.) выше двух боковых и вместе с конным памятником Фердинанду I (Дж. да Болонья, 1608 г.) и фонтанами (1629 г.) свидетельствует о новой тенденции в построении ансамблей: подчеркнуть роль церкви и выявить господствующую композиционную ось.

С накоплением богатства наиболее влиятельные представители молодой буржуазии стремились заслужить признание сограждан, украшая родной город, и заодно выразить свое могущество с помощью архитектуры, строя себе величественные дворцы, но также и жертвуя деньги на реконструкцию и даже полную перестройку своей приходской церкви, а затем и возводя в своем приходе другие постройки. Так, например, возникали своеобразные группы сооружений вокруг дворцов Медичи и Ручеллаи во Флоренции; первая включала, помимо дворца, церковь Сан Лоренцо с капеллой — усыпальницей Медичи и библиотекой Лауренцианой, вторая состояла из дворца Ручеллаи с лоджией напротив него и капеллы Ручеллаи в церкви Сан Панкрацио.

От возведения группы построек такого рода оставался один шаг к созданию на средства «отца города» целого ансамбля, украшающего родной город.

Примером такой реконструкции может служить центр Фабриано, куда во время эпидемии чумы в Риме переехал папа Николай V со своими приближенными. Реконструкция Фабриано была поручена в 1451 г. Бернардо Росселино. Не меняя конфигурации центральной площади, которая по-прежнему оставалась по средневековому замкнутой, Росселино пытается несколько упорядочить ее застройку, обнося боковые стороны портиками. Обрамление площади галереями, акцентирующими внимание зрителей на увенчанном зубцами суровом палаццо Подеста, свидетельствует о том, что главным на ней, несмотря на приезд папы в город, остается это древнее гражданское здание. Реконструкция центра Фабриано — одна из первых градостроительных попыток эпохи Возрождения организовать пространство площади по принципу регулярности.

Другим примером единовременной реконструкции центральной площади да и всего города является Пиенца, где осуществлена лишь часть предусмотренных тем же Бернардо Росселино работ.

Площадь Пиенцы, с четким подразделением сооружений, там расположенных, на главные и второстепенные, с регулярным очертанием и преднамеренным расширением территории площади в сторону собора для создания вокруг него свободного пространства, с узорчатым мощением, отделяющим собственно трапециевидную площадь от проходящей вдоль нее улицы, с тщательно продуманным цветовым решением всех зданий, обрамляющих площадь, является одним из наиболее характерных и широко известных ансамблей XV в.

Рис.7. Виджевано. Главная площадь; слева — въезд в замок Сфорца и башня (на плане — а), Браманте ?

Интересен пример регулярной застройки площади в Виджевано (1493—1494 гг.). Площадь, на которой стоит собор и располагался главный въезд в замок Сфорца, была окружена непрерывной аркадой, над которой тянулся единый фасад, украшенный росписями и цветной терракотой (рис. 7).

Дальнейшее развитие ансамблей шло в направлении все большей изоляции их от общественной жизни города, так как каждый из них был подчинен частной задаче и решен с резко выраженной индивидуальностью, обосабливающей его от окружения. Площади XVI в. не являлись уже более общественными площадями городов-коммун раннего Возрождения, предназначенными для парадных шествий и праздников. Несмотря на сложность пространственных композиций, на далеко открытые перспективы, они прежде всего играли роль открытого вестибюля перед главенствующим сооружением. Как и в средние века, хотя и с другой пространственной организацией и композиционными приемами построения, площадь снова была подчинена сооружению — ведущему зданию ансамбля.

К числу первых ансамблей XVI в., в которых наметившиеся ранее композиционные приемы получили сознательное применение в едином замысле, относятся комплекс Бельведера в папском Ватикане, затем — площадь перед дворцом Фарнезе в Риме (замысел ансамбля включал и неосуществленный мост через Тибр), римский Капитолий и комплекс расширенного палаццо Питти с садами Боболи во Флоренции.

Прямоугольная площадь Фарнезе, осуществленная в середине XVI в., так же как и дворец, начатый Антонио де Сангалло Младшим и завершенный Микеланджело, целиком подчинены еще не досказанному в ансамбле Сантиссимы Аннунциаты принципу осевого построения.

К площади Фарнезе ведут три короткие параллельные улицы от Кампо ди Фьори, средняя из которых шире боковых, что как бы уже предопределяет симметрию ансамбля. Портал дворца Фарнезе совпадает с осью садового портала и центром задней лоджии. Композиция ансамбля была завершена постановкой двух фонтанов (Виньола взял для них бронзовые ванны из терм Каракаллы), размещенных симметрично к главному входу и несколько сдвинутых к восточной стороне площади. Такое расположение фонтанов как бы освобождает пространство перед дворцом, превращая городскую площадь в своеобразный атрий перед резиденцией могущественной семьи (ср. центральную площадь в Виджевано).

Рис.8. Рим. Общий вид площади Капитоия (слева лестница, ведущая к церкви Санта Мария дельи Арачели)

Рис.9. Расположение скульптур и фонтанов на площадях: 1 — площадь дель Санто в Падуе; 2 — площади Нептуна и Маджоре в Болонье до реконструкции; 3 — площадь Синьории во Флоренции; 4 — площадь Санти Джованни э Паоло в Венеции

Рис.10. Падуя. Памятник Гаттамелата, 1447 г. Донателло

Одним из самых замечательных примеров архитектурного ансамбля не только XVI в. в Италии, но и во всем мировом зодчестве является площадь Капитолия в Риме, созданная по замыслу Микеланджело и выразившая общественно-историческое значение этого места (рис. 9).

Центральное расположение дворца Сенаторов с его башней и двойной лестницей, трапециевидная форма площади и ведущая на нее лестница-пандус, симметрия боковых дворцов, наконец, рисунок замощения площади и центральное расположение конной скульптуры — все это усиливало значение главного сооружения и доминирующей оси ансамбля, подчеркивало важность и самодовлеющее положение этой площади в городе, с которой открывался широкий вид на раскинувшийся у подножия холма Рим. Раскрытие одной стороны площади, ее четко выраженная ориентация на город при одновременном подчинении пространства площади главному зданию — вот новая черта, внесенная Микеланджело в архитектуру городских ансамблей.

Работы, значительно видоизменившие Рим, воскресив его из руин средневековья, оказали значительное влияние и на зодчество Италии и всей Европы. Ансамбли эпохи Возрождения, разбросанные по территории древней столицы, много позже были охвачены городом и включены как его элементы в единую систему, но они-то и явились костяком, определившим дальнейшую архитектурно-пространственную организацию Рима в целом.

Руины древнего города предопределили масштаб и монументальность прокладываемых улиц и сооружений ведущих ансамблей. Зодчие изучали и осваивали принципы регулярных античных градостроительных композиций. Новые пути в градостроительстве основывались на сознательных поисках лучших, более удобных и рациональных планировок, на разумных реконструкциях старых сооружений, на продуманном синтезе изобразительных искусств